Где происходят самые важные события чемпионата мира по футболу? У ворот? В центре поля? Социологи возразят: на диване перед телевизором. Если по полю стадиона бегают 22 человека, то в экран смотрят сотни миллионов, и соревнования — да и вообще крупные футбольные турниры — решительно перекраивают их жизнь.

Вот, например: может ли футбол менять власть? Легко. В 2009 году Сесилия Хен-Чжон Мо, аспирантка Стэнфордского университета, разбирала с коллегами статистику разных выборов, которые проходили в США с 1964 по 2008 год. И заметила: что бы ни было на кону — кресло в сенате, вакансия губернатора штата или даже президента страны, — результат голосования в каждом конкретном округе прямо зависел от успехов футбольной команды местного колледжа. Если за десять суток до дня голосования эта команда выигрывала матч, кандидат от правящей партии получал в среднем на 1,64 процента голосов больше.

Спортивные победы люди подсознательно связывают с правильностью текущего порядка вещей — хотя, ясное дело, президент США никак не в ответе за гол, забитый Айовой в ворота Техаса. Но правда футбола, эмоционально понятная, подменяет собой сложные хитросплетения политики.

В cентябре 2013-го группа британских социологов опубликовала исследование по следам чемпионатов мира по футболу 2002, 2006 и 2010 годов. Их наблюдение: в графстве Ланкашир в дни игр национальной сборной мужья чаще бьют жен (социологи пишут сухим языком науки: «вырастает уровень домашнего насилия»). На 26 процентов чаще, если сборная выигрывает. И на целых 38, если проигрывает.

Биохимики с психологами давно придумали этой драме приземленное объяснение: во время игры в крови болельщика растет уровень тестостерона и формируется букет эмоций, связанных с маскулинностью и доминированием. Матч — понятная всем метафора битвы. Человек на диване, наблюдая за борьбой молодых и мускулистых, отождествляет себя с ними: чем я не боец? А потом решительно идет в атаку на половину поля соперника — как правило, жены, которая коварно заикнулась о том, чтобы переключить программу.

Наука вроде бы дает повод обвинить футбол во всех смертных грехах. Но сначала полезно заметить: спорт по ТВ — не главная причина домашнего насилия. И не единственный источник иррационального поведения на выборах. К примеру, если в новостях показывают ввод танков в соседнюю страну — миллионы испытывают такой же прилив тестостерона, отождествляя себя с бравыми солдатами на броне. Наверняка биохимики зафиксировали бы это со всей научной строгостью, просто первые дни войны — не самое удачное время брать анализы на содержание гормонов в крови. В этом смысле футбол, война понарошку, дает ученым лабораторную модель эмоций, высвобожденных в ходе боя. И можно быть уверенными: эффекты по масштабу различаются не меньше, чем падение на пол учебной гранаты от взрыва настоящей. geo_icon