В нью-йоркском аэропорту имени Джона Кеннеди с тяжелым сердцем расстреливали полярных сов. За ружья взялись не сразу, а только после пятого столкновения хищников из Арктики с самолетами на взлетно-посадочной полосе.

Самолет весит тонны, птица — несколько килограммов. Но на самом деле представляет серьезную угрозу для авиалайнера: если она попадет в двигатель, тот может заглохнуть.

В январе 2009 года взлетевший в другом аэропорту Нью-Йорка «Эрбас» на высоте 975 метров столкнулся со стаей гусей. Оба двигателя выключились, но капитану удалось не только развернуть машину над Манхэттеном и спланировать на реку Гудзон, но и удержать самолет в таком положение, которое предотвратило его разрушение при ударе о воду. Полторы сотни пассажиров и пять членов экипажа успешно высадились на надувные трапы. Это было первое приводнение гражданского самолета без человеческих жертв в истории авиации.

Полярная сова, птица с полутораметровым размахом крыльев, не сильно уступает канадскому гусю в размерах — по крайней мере, она на него охотится. Поэтому у аэропорта были самые серьезные резоны не проверять на собственном опыте, чем окончится попадание совы в турбину.

Откуда совы в Нью-Йорке? От глобального потепления, которое вытесняет их из обычного ареала. Экологи говорят, что огромные пустые асфальтовые поля с разметкой для самолетов напоминают хищникам тундру — ни дерева, ни куста, ни многоэтажки.

Теперь, разумеется, защитники животных вынудили начальство аэропорта заявить, что сов будут ловить и каждую депортировать — как пассажиров, которые не прошли паспортный контроль.

В этой схеме есть один минус. Она не гарантирует, что одну и ту же особь не придется вылавливать дважды, трижды или десять раз. И не решает вопроса с менее гламурными птицами, за которых меньше желающих вступиться.

Как надо действовать по уму, объясняет журнал «Инвестигейтив Джинетикс». Ученые собирали в аэропорту австралийского города Перт птичьи тушки (набралось 77 штук) и даже их помет — а потом проводили анализ ДНК. Но не самих птиц, а их обеда. Если выяснить, какими именно мышами или зернами питается птица, проще простого отвадить их от этого места. Достаточно сделать так, чтобы конкретно данных грызунов или злаков там не было. Когда взлетно-посадочные полосы станут непривлекательными для сов, в пернатых не придется больше стрелять.

Принцип «льва узнают по когтям» генетика последних лет могла бы сделать своим девизом. На дне озера в Шотландии находят древнюю пыльцу — и выясняют, какой лес шумел вокруг десять тысяч лет назад. С клавиатуры офисных компьютеров берут пробы грязи — и говорят, какое семейство микробов характерно для владельцев этих клавиатур как группы: у мужчин картина выходит одна, у женщин — другая.

ДНК не только кодирует функции и особенности организма, но и играет роль этикетки, способной пережить помеченный ею предмет. И рассказать об этой вещи, когда та затеряется в налете на клавиатуре, озерном иле либо птичьем желудке. А в итоге может спасти жизнь. Например, полярной сове. Или ста пятидесяти ни о чем не подозревающим пассажирам. geo_icon