Новости партнеров


GEO приглашает

Бесплатный проезд на городском транспорте и скидки на посещение городских достопримечательностей —  карта Jerusalem City Pass сэкономит вам время и деньги


GEO рекомендует

Бренд Röndell дополнил ассортимент посуды из нержавеющей стали эргономичным набором  Savvy - RDS-940


Новости партнеров

Могут ли машины быть человечнее человека?

текст: Юрген Бишоф

Мужчина на другом конце провода представляется не по имени, а по прозвищу – Творец. Нет, свое настоящее имя он называть не хочет, он только может рассказать о своей творческой биографии. Вначале занимался самолетостроением, потом архитектурой, в конце концов пришел к искусству. То есть к скульптурам, «первым андроидам», которые можно купить в его онлайн-магазине, зарегистрированном в Германии.

Каждый из его секс-роботов производится индивидуально, на заказ. При виде их фотографий в интернете и цен за услуги становится немного не по себе. Например, Линни – 5500 евро в базовой комплектации, опция «огромная грудь» стоит 1400 евро. В целом на выбор заказчика предоставляется более 50 опций. Самая невинная среди них – «управляемая улыбка», ее можно заказать в симметричном и несимметричном варианте, однако последний ограничивает эксплуатацию кукол. «Оральный секс невозможен», – гласит бланк заказа.

От надувной куклы до гуманоида с с регулируемой системой «орального секса» – эволюция секс-игрушек показывает, на какую высоту взлетела технология. Этот путь был долгим, как путь от бумажного самолетика до беспилотного летательного аппарата «Предатор», который сутками патрулирует регион на границе Пакистана и Афганистана и – если надо – убивает террористов.

«Звездные войны» на Земле. Научно-фантастические романы, фильмы и видеоигры подготовили почву; и теперь наши старые знакомые роботы переходят со страниц книг и экранов кинотеатров в реальную жизнь.

<vrezl>Что характерно: пионерами и приверженцами грядущего века роботов становятся почти одни мужчины. С точки зрения психологии можно было бы порассуждать о том, почему именно мужчин привлекает создание искусственного человека. Это, мол, стремление к игре или размножению. Пусть нельзя передать по наследству гены, но зато можно распространить программное обеспечение и дизайн. Машин. Это отношение к жизни инженер по робототехнике и писатель Даниэль Уилсон характеризует такое отношение к жизни как «чертовски крутое».

Прошли времена, когда роботы были фабрично-заводскими рабами и что-то паяли, лакировали и собирали. Новое поколение гордится сенсорами, подарившими им зрение, слух и осязание; видеокамеры помогают им ориентироваться в пространстве; автоматический мозг распознает знакомые лица и опирается на личный опыт. А главное – теперь они умеют обращаться с живыми существами. Такими, которые питаются не электричеством, а стейками, салатами и пиццей.

Роботы распознают человеческие эмоции по голосу, могут стимулировать ответную реакцию с помощью мускульных моторов под латексной кожей. Если собеседник говорит что-то неприятное, роботу лучше раскрыть глаза пошире. Если в голосе слышна радость, он отвечает улыбкой. Все это мелкие приемы, которые обеспечивают большой эффект. В университете Билефельда в Германии испытуемые читали роботу по имени Бартхок сказку про Красную Шапочку. После эксперимента они утверждали, что робот их «понял». То есть встроенный режим распознавания человеческих эмоций сработал.

Электронные игрушки могут тронуть живых людей до глубины души. Японский плюшевый белек по кличке Паро покоряет дома престарелых по всему миру. Глядя в огромные подвижные тюленьи глаза, утопающие в пушистом меху, и услышав жалобный писк, так и хочется его приласкать и шепнуть что-то ласковое. На человеческое тепло благодарный Паро отвечает довольным урчанием. По данным исследования, это смягчает людям стресс, скуку и одиночество.

Обаяние пушистого робота – чистой воды обман, и это знают те, кто ему поддается. Эмоционально Паро ничем не отличается от элетробритвы или холодильника. Его способность задевать нас за живое заложена не внутри  робота, а в человеческом мозге. Все эти хитро устроенные и якобы «живые» машины просто-напросто играют на человеческих инстинктах. И между делом фундаметально меняют наши представления об отношении природы, человека и машин.

звездой выставки, посвященной Дарвину, в нью-йоркском музее естественной истории должна была стать гигантская черепаха. Настоящая живая черепаха, одна из таких, какую Чарлз Дарвин увидел в 1835 году на Галапагосских островах. Однако привезенный издалека живой экспонат, измученный перелетом и неволей, разочаровал публику, особенно молодых посетителей музея. Одна 14-летняя девочка сказала маме: «Лучше бы робота взяли».

Ее маму зовут Шерри Тёркл, она профессор социологии из МТИ, одного из ведущих в США исследовательских институтов. Шерри Тёркл изучает взаимоотношения машин и людей. Не все ли равно – живая черепаха или искусственная? Шерри Тёркл опросила других подростков на выставке и получила один и тот же ответ: «Чтобы показать поведение черепах, совсем не обязательно использовать живых». А нужно ли предупреждать посетителей, что вместо живой черепахи используется робот? «Нет!» – хором отвечали тинейджеры.

Границы между «живым» и «как живым» стираются все больше и больше. С этим феноменом знакомы и сотрудники тематического парка развлечений «Королевство животных» в Орландо (штат Флорида). Его посетители жалуются на то, что крокодилы в зоопарке выглядят как-то не «натурально», в отличие от Диснейленда на соседней улице. Тамошние механические чучела крутят глазами и размахивают хвостами, то есть «лучше передают крокодилью сущность».

Чем лучше становятся копии, тем больше отпадает необходимость в оригинале. Эти правила распространяются не только на животных, они меняют ценность живой природы, саму суть жизни. Что это значит для отношений между людьми, если застенчивые холостяки откажутся от мучительных поисков спутницы жизни и начнут искать утешения с куклами-андроидами?

Шерри Тёркл уверена: «Роботы не просто помогают нам. Они меняют и нас самих, и наш образ жизни, наше восприятие себя и окружающих». Магия живых кукол таит опасность – мы начинаем забывать, что им неподвластно: «Они не учат нас чувствам и способности понимать других людей, им незнакома жизнь со всеми ее противоречиями и полутонами».

Но пока мы только начинаем задумываться об эмоциональных последствиях, в дверь стучат роботы нового поколения. Они будут поднимать с кровати и кормить стариков и больных, обезвреживать бомбы, передвигаться в зонах боевых действий и расстреливать мятежников.

В 2009 году во время проведения Всемирной промышленной выставки в Ганновере столкнулись два робота. Вообще-то они должны были мирно найти дорогу толпе людей, но что-то вышло из-под контроля. Машины вцепились друг в друга мертвой хваткой, и только живые люди смогли их растащить.

Американский писатель Питер Сингер изучает сбои в системах управления автоматизированных механизмов. Сингер рассказывает о других случаях, гораздо менее невинных, чем стычка роботов в Ганновере.

Осенью 2007 года во время военных маневров в ЮАР автоматизированная система ПВО открыла беспорядочную стрельбу. Ответственная за установку военнослужащая попыталась остановить машину, но безуспешно. Первой жертвой автоматической пушки стала оператор. Расстреляв 500 патронов, автоматическая пушка отправила на тот свет еще девять человек.

как избежать массовых расстрелов? Как избежать сбоев программного обеспечения? С наступлением эры роботов к этим вопросам добавляются вопросы этики, еще более щекотливые и принципиальные. Например: какой «морали» учить роботов? Что им можно, а что нельзя?

Еще в 1942 году тогда 22-летний Айзек Азимов в своем рассказе «Хоровод» сформулировал три закона робототехники. Первый: робот не должен причинять вред человеку, будь то действие или бездействие. Второй: робот должен подчиняться приказам человека, кроме случаев, когда приказы противоречат Первому Закону. Третий: робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому и Второму Законам.

Звучит убедительно – но совершенно бесполезно в двадцать первом веке. Ведь одним из главных источников финансирования роботоиндустрии является военно-промышленный комплекс.  Оружейные концерны вряд ли стали бы разрабатывать боевые роботы вроде «Модульной передовой вооруженной робототехнической системы» (MAARS), да еще вооружать их гранатометами, если бы роботы следовали идеалистическим заповедям Азимова. 

Питер Сингер потратил четыре года на сбор материала для книги о военных конфликтах в век роботов. Он пишет о солдатах, которые могут одним щелчком компьютерной мыши покончить с чьей-то жизнью. О войне в Ираке, которая ведется из штата Невада. О беспилотных летательных аппаратах «Предатор», которые управляются  с другого континента. Сингер приходит к выводу: «Замена людей машинами, возможно, и спасает жизни американских солдат. Но она снижает моральные и психологические барьеры при убийстве».

Роботы считаются идеальными исполнителями в боевых операциях. Питер Сингер цитирует Гордона Джонсона, руководителя проекта из Пентагона: «Есть не просят, ничего не боятся. Не забывают, что приказано. Их не волнует, если пуля  в бою настигла их боевого товарища. Решают ли они задачи лучше людей? Ответ однозначный – да!»

Для таких героев армия США вынашивает честолюбивые планы. Профессор робототехники Рональд Аркин, работающий в Технологическом институте штата Джорджия, собирается привить боевым роботам искусственную совесть, которая научит их соблюдать международное право в вооруженных конфликтах. Ему не дает покоя мысль, что «роботы, наверное, тогда смогут поступать гуманнее человека». Аркина не считают фантазером, Пентагон выделил деньги на воплощение его идеи. Кто знает, может, в один прекрасный день роботы своими силами решат проблему, отказавшись подчиняться приказам?

И вместо этого найдут себе подружек из коллекции с First Androids. С речевым модулем. Чтобы почитала смешную страшилку после любовного акта, пролила бальзам на душу чувственного модуля. 

05.05.2011
Теги:
Связанные по тегам статьи: