Новости партнеров


GEO приглашает

11-12 августа на фестивале Geek Picnic в Москве автор бестселлера «Все лгут», data scientist и колумнист The New York Times Сет Стивенс-Давидовиц впервые в России расскажет о том, что поисковики и социальные сети знают о каждом из нас. Cкидка 10% на покупку билетов по промокоду GEO


GEO рекомендует

Мороженица E801 сама смешивает ингредиенты, постепенно охлаждая их. Собственная холодильная система E801 почти не отличается от машин производственного уровня: благодаря работающему на хладагенте компрессору она замораживает равномерно, а значит, десерт сохранит нежную однородную текстуру


Новости партнеров

Северокорейский ГУЛАГ

Американский журналист Блейн Харден — о системе трудовых лагерей в КНДР и одном-единственном узнике, чудом сумевшем сбежать
текст: Блейн Харден
Julia White

Впервые я увидел Шина зимой 2008 года. Мы договорились встретиться в корейском ресторанчике в центре Сеула. Шин Дон Хёк был разговорчив и очень голоден. История его жизни (и побега в 2005 году) стала ключом, который открыл ранее наглухо запертые двери, позволив увидеть, как правящий клан Кимов убивает граждан своей страны ради сохранения власти.

Я почти три года посвятил изучению и освещению в прессе состояния северокорейской армии, власти и экономики; рассказывал о нехватке продуктов питания и нарушениях прав человека. Я взял интервью у десятков перебежчиков из Северной Кореи, среди которых были трое бывших заключенных Лагеря номер 15, а также бывший надзиратель, работавший в четырех разных лагерях. Я беседовал с южнокорейскими учеными и специалистами, имеющими возможность бывать в Северной Корее, а также читал все новые исследования и свидетельства очевидцев о лагерях.

Вопрос северокорейских лагерей почти не беспокоит коллективную совесть человечества. Большинству американцев ничего не известно об их существовании, даже несмотря на публиковавшиеся в СМИ материалы. Можно сказать, что северокорейские трудовые лагеря просуществовали вдвое дольше советского ГУЛАГа и в двенадцать раз — фашистских концлагерей. О местонахождении этих лагерей никаких уже споров не ведется: на спутниковых фотографиях видны гигантские, огороженные заборами зоны среди северокорейских горных хребтов.

По оценкам южнокорейских правительственных организаций, в этих лагерях содержится около 154 тысяч узников. Госдепартамент США и несколько правозащитных групп считают, что количество заключенных достигает 200 тысяч. Изучив собранные за десятилетия спутниковые снимки, аналитики «Международной амнистии» заметили, что в 2011 году на их территории началось строительство новых сооружений, и с большой озабоченностью предположили, что происходит это в результате резкого роста населенности таких зон.

По сведениям южнокорейской разведки и правозащитных организаций, на территории страны существует шесть таких лагерей. Самый крупный простирается на 50 километров в длину и 40 километров в ширину, то есть по площади превосходит Лос-Анджелес. В двух лагерях — номер 15 и номер 18 — находятся «зоны революционизации», где самые удачливые из заключенных проходят курс идеологической переподготовки: способные вызубрить труды Ким Чен Ира и Ким Ир Сена и доказать свою лояльность режиму могут получить шанс выйти на свободу. Однако даже в этом случае они до конца жизни останутся под пристальным наблюдением органов госбезопасности.

Остальные лагеря — «районы полного контроля», где заключенных, считающихся «неисправимыми», доводят до смерти изнурительным трудом.

Таким районом является Лагерь номер 14, в котором жил Шин, — самый страшный из всех. Именно сюда отправляются многие пострадавшие в «чистках» партийные, государственные, военные чиновники, зачастую вместе с семьями. В этом основанном в 1959 году лагере содержатся до 15 тысяч узников.

Представители Коллегии адвокатов Южной Кореи в Сеуле составили подробное описание жизни в лагерях. Каждый год в них проводится несколько показательных казней. Других людей забивают до смерти или расстреливают охранники, имеющие практически неограниченную лицензию на убийства и сексуальное насилие. Большинство заключенных заняты выращиванием урожая, добыванием угля в шахтах, шитьем армейской униформы и производством цемента. Дневной рацион узников состоит из кукурузы, капусты и соли в количествах, достаточных только для того, чтобы не умереть голодной смертью. У них выпадают зубы, чернеют десны, теряют прочность кости. К 40 годам большинство из них уже не могут разогнуться и ходить в полный рост. Заключенные получают один-два комплекта одежды в год, поэтому жить, спать и работать им приходится в лохмотьях, без мыла, носков, рукавиц, нижнего белья и туалетной бумаги. Работать по двенадцать-пятнадцать часов в день они обязаны до самой смерти, которая наступает еще до 50-летнего возраста, как правило, от болезней, вызванных недоеданием. По оценкам западных правительственных и правозащитных организаций, в этих лагерях нашли свою смерть сотни и сотни тысяч людей.

В большинстве случаев граждан Северной Кореи отправляют в лагеря без суда и следствия. Многие из них умирают там, так и не узнав ни сути обвинений, ни приговора. Сотрудники Департамента государственной безопасности забирают людей прямо из дома, чаще всего по ночам. Вместе с «преступником» часто арестовывают его родителей и детей. Ким Ир Сен сформулировал этот закон в 1972 году следующим образом: «Семя наших классовых врагов (...) должно быть вытравлено из общества в трех поколениях».

Во всех лагерях действуют одни и те же правила. По словам бывшего охранника лагеря и нескольких бывших заключенных, в тех случаях, когда «несанкционированные» сексуальные связи приводили к беременности и рождению ребенка, мать убивали вместе с младенцем. Женщины, спавшие с охранниками в надежде на дополнительную пайку или перевод на более легкую работу, знали, что сильно рискуют. Забеременев, они просто исчезали.

Конечно, гораздо легче смеяться над северокорейским режимом, выставляя его руководителей инопланетными фриками, нежели осознавать, какие страдания он приносит людям. Тем не менее Северная Корея виновна практически во всех злодеяниях, которые можно квалифицировать как преступления против человечности: убийствах, использовании рабского труда, насильственных депортациях населения, пытках и сексуальном насилии.

Вскоре после публикации книги «Побег из лагеря смерти» Северная Корея с новой силой взялась опровергать обвинения в нарушении прав человека. «Армия и народ [Северной Кореи] никогда не позволят США обрушить незыблемую социалистическую систему под предлогом «защиты прав человека», — заявило Центральное телеграфное агент­ство Кореи. Потом оно перешло к открытым угрозам, пообещав отомстить всем перебежчикам и активистам правозащитных движений. «Те, кто осмелится посягать на достоинство верховного руководства, никогда не будут в безопасности, где бы они ни находились, и не смогут избежать безжалостной кары…»

На вопросы о своей безопасности Шин реагировал совершенно невозмутимо. Он ничего не боялся. Он сказал, что не перестанет говорить о том, что происходило с ним в Лагере 14, до тех пор, пока не рухнет северокорейский ГУЛАГ и все его узники не выйдут на свободу.

18.09.2013
Теги:
Связанные по тегам статьи: