«Японский рынок очень важен для нас. Теперь еще стало много туристов из Китая и других азиатских стран, — объясняет Марк из офиса по туризму, заметив мое изумление. — Они приезжают большими группами, но почти всегда только на одну ночь — сфотографировать Маттерхорн и подняться на ледник. Сегодня для них Швейцария — модное свадебное направление».

Я верчу головой, перемещаясь по Банхофштрассе, главной улице Церматта. Столько азиатов на швейцарском горнолыжном курорте я вижу впервые, но, собственно, и в Церматте летом я в первый раз. На каждом третьем магазине — крупные иероглифы, под ними мелкими буквами на английском написано про скидки и специальные предложения.

Мы несильно отличаемся от японцев: приехали фотографировать Маттерхорн — гору-символ Швейцарии. Чтобы вдруг не спутать ее с соседними горами, в каждой витрине (а также на поездах, сувенирах, посуде, часах и половине всевозможных логотипов) изображена знаменитая вершина. Можно даже купить постер, на котором Маттерхорн помещен в самые неожиданные антуражи: в оперу, к египетским пирамидам, на тропический пляж, в обнимку с Килиманджаро, в Антарктиду и даже на Луну. 

«Марк, а что у нас с прогнозом погоды?» — не унимаюсь я. Если верить многочисленным фотографиям, Маттерхорн виден из любой точки курорта и особенно красиво смотрится с мостиков над речкой. «На леднике открыты двадцать километров трасс, завтра вдоволь накатаетесь», — ловко уходит Марк от вопроса. На дворе середина июля. В Церматте низкая облачность. Едва различимы крыши домов, а Маттерхорна не видно совсем. Ну, в конце концов, мы приехали в Церматт не как японцы, а на целых две ночи и полтора дня. Наверняка распогодится, и завтра мы наснимаем Маттерхорн во всех ракурсах с отражением в озере и на фоне заката.

«Можно сфотографировать?» — на собственном диалекте английского спрашивает моего коллегу симпатичная представительница Японии. За ней стоят и вопросительно хлопают глазами еще несколько миниатюрных дам в забавных белых панамках. Мой коллега, профессиональный фотограф, на плече которого висит пара камер с внушительными объективами, — двухметровый бородач, напоминающий богатыря с картины Васнецова. Он снисходительно улыбается, пытаясь взять из рук дамы ее фотоаппарат. Ему не привыкать к просьбам сфотографировать кого-нибудь на фоне пальмы-горы-памятника. Но не в этот раз — смущенная туристка объясняет ему, что все они хотят сфотографироваться именно с ним. В конце концов, почему бы и нет, раз Маттерхорна все равно не видно. Фотограф-богатырь милостиво соглашается и встает в приличествующую богатырю позу — ноги на ширине плеч, руки скрещены на мощной груди, взор суров, брови насуплены. Счастью барышень нет предела — теперь поездку в Церматт можно считать удавшейся. Видимо, каждая из них думает, что сфотографировалась как минимум со Шварценеггером или Сталлоне.

Утром Маттерхорна по-прежнему не видно. Совсем. Зато на четырехкилометровой высоте обещано неплохое катание по вполне зимнему снегу. Особенно если выйти на трассы пораньше и подняться наверх на самом первом подъемнике.Читать дальше >>>