В парижском посольстве Российской Федерации не были готовы к такому наплыву голосующих: пирожки в буфете заканчивались быстрее, чем весть о новоиспеченной партии разносилась по очереди. Экспатрианты, привыкшие голосовать в казенных интерьерах на бульваре де Ланн, удивлялись: 4 декабря на единственный в Иль-де-Франс избирательный участок пришли единицы, а сегодня – средних размером приволжский город. Работники посольства – полные представительные мужчины за пятьдесят в разлинованных костюмах, при галстуках и бейджах – быстро ходили взад-вперед, сохраняя на лицах то особенное выражение, которое говорит о сильном беспокойстве, борющемся с дипломатической выдержкой.

В 13.40, когда я вошла в монументальное здание через рамку металлоискателя, очередь голосующих на втором этаже закручивалась вокруг парадной лестницы в два витка. Люди фотографировались на фоне императорского штандарта и яркого настенного ковра в стиле соцарта. Многие просто водили телефонами в воздухе, запечатлевая эпическую картину – политическую активность русского народа здесь можно было измерить километрами ожидающих.

По очереди носились риторические вопросы «А открепительные точно не нужны?», «А вход в зал для голосования с какой стороны?», «А с чем пирожки?» Единственный вопрос, на который я отчаянно хотела подслушать ответы, но который почему-то никто не задавал, - «А вы-то за кого голосовать будете?» Казалось, все и так знают, что здесь собрались единомышленники, и подобный вопрос мог бы кого-то обидеть.

Среди пришедших было много туристов. Эти люди не просто исполняли гражданский долг – они совершали гражданский подвиг. Ладно мне, парижанке по прописке, проехать полгорода на электричке и потерять полдня ради его исполнения – а им? Им-то полдня считаются за неделю, притом оплаченную согласно прейскуранту турагентства. Им полдня – это, на выбор, Эйфелева башня, галерея «Лафайетт» или Латинский квартал! Им полдня – это драгоценный квант испрошенной визы! Туристы стояли семьями, с разновозрастными детьми, которые смиренно играли в карманные приставки. Женщины попивали пакетированный чай из пластиковых стаканчиков, купленных в буфете, мужчины разговаривали о последних деловых поездках. В Норвегии большой спрос на информатиков и инженеров, а в Женеве послезавтра открывается конференция на тему гидроэнергетики. Подвиг тоже может выглядеть по-разному.

Мой сосед спереди замешкался, отправляя пост в Твиттер, и в нашем стройном ряду образовался разрыв. Борясь с желанием грубо подтолкнуть его в спину, мол, не задерживай, я переминалась с ноги на ногу и делала вид, что читаю. Нельзя, нельзя, надо вытравливать из себя эти совковые инстинкты, уговаривала я себя, не глядя пролистывая страницы.

В разрыв цепи пристроилась девушка с невыразимо скучным славянским лицом. Она постояла, пооглядывалась, затем тихо спросила свою соседку спереди:

- Это все очередь на голосование, да?

- Да, - кивнула та.

- А где ж она заканчивается?

- За колонной, - махнула рукой дама.

- Ух ты, - протянула девушка. – Ну хорошо, что я уже здесь встала.

Тут из Твиттера вышел мой медлительный сосед. Обнаружив перед собой хвостик из тусклых волос, он вытянул шею, нашел глазами блестящую блондинистую укладку, на которую привык ориентироваться, и, обогнув девушку, восстановил статус-кво. Девушку со скучным лицом оттеснили к мраморным перилам, и все мое неистребленное совковое начало мелочно торжествовало.

Через пять минут она гордо прошествовала мимо нас под руку со своим французским мужем, возвестив очереди: «Не, ну все, мы уходим. Стоять тут еще!» Ее реванш выглядел так же жалко, как ее тусклые, секущиеся волосики.

К 14.15, когда хвост очереди стал спотыкаться о верхнюю ступеньку лестницы, я заметила, что вновь пришедшие отряхивают зонтики и блестят мокрыми пальто. Значит, за монументальными стенами начался дождь - по законам жанра это должно охладить активность избирателей. И действительно, хвост постепенно втянулся обратно на второй этаж. Я успела с сожалением подумать, как все-таки пока хрупко наше гражданское самосознание, как юноша путинского образца направил меня в крайнюю левую очередь к избирательной комиссии.Читать дальше >>>