Мы с будущим мужем сблизились потому, что у меня не было банковской карточки. Мне тогда было 22 года, и очень хотелось в самостоятельное, взрослое путешествие по Бельгии. Но забронировать отель можно было только по кредитке, потому что в Европе давно перестали принимать в качестве гарантии обещания «заплатить на месте». Без оплаченной брони мне не могли поставить визу, без визы мне не подтверждали отпуск, и вообще…

И вот шапочный интернет-знакомый помог решить весь комплекс этих нерешаемых проблем с помощью небольшого кусочка пластика, который у него был, а у меня - нет. У него их было даже три, на разные случаи жизни. Конечно же, я без раздумий стала с ним встречаться!

И вроде бы 22 года мне было не так давно, но тогда в нашей стране почти не у кого не было карточек: ни у меня, ни у моей мамы, успешного дизайнера, ни у папы, развивающегося ресторатора, ни у друзей, именитых журналистов. В карточках тогда просто не было необходимости: деньги выдавали в конвертах, а большие суммы носили в знаменитых «русских кейсах» - щелкаешь замочком-крокодилом, а там внутри – стоимость московской квартиры.

Потом у меня, конечно, появилась заветная пластиковая карточка. Одна. Очень важная. От которой никак нельзя забыть код. И которая хранилась в ящике стола рядом с самыми важными в жизни бумагами – загранпаспортом, журналисткой корочкой и документами на квартиру. Пользоваться ей было негде да и незачем: я боялась вставлять ее в банкомат, потому что на нем бывает спрятан считыватель пин-кода, боялась расплачиваться ею в интернете, потому что вредоносные программы могли обнулить мой счет, боялась носить ее с собой, чтобы ее не украли – очень уж муторной была процедура восстановления.

Но сам факт существования карточки, стоившей 20 евро в год, делал жизнь ярче. Я верила, что с ней стала, наконец, совершенно самостоятельной и можно было, в общем-то, не ввязываться в энергозатратные отношения с иностранцами. Я верила в это до того дня, пока не решила забронировать билеты на сайте авиакомпании «Эмирейтс».

Сайт, заботливо переведенный на кириллицу, не реагировал мою заветную карточку. Скорее всего, потому что она выпущена русским банком, как объяснила мне девушка-оператор. Русские банки – это такие загадочные организмы, что связываться с ними никто не хочет. Особенно самые успешные компании мира, к которым относится «Эмирейтс». Девушка предложила мне приехать к ним в офис с наличностью, как делают все приличные русские люди. И тщетны были мои восклицания, что на дворе 2008 год.

Так, наверно, чувствует себя человек, долго собиравшийся духом, чтобы нажать Красную Кнопку: он решается, нажимает, крепко зажмуривается – но ничего не происходит.
Стал ли тому поводом скандал, учиненный мной в офисе «Эмирейтс», или нет, но уже в следующем году процесс двинулся с мертвой точки: успешные мировые компании больше не могли игнорировать, что среди их клиентов все больше русских, и им часто недосуг «ехать в офис». Инвестировав миллионы в системы виртуальной безопасности и проверки данных, они стали на сайтах принимать карточки «Сбербанка» и ВТБ. Последний тем временем высадился в Европе и занялся укреплением имиджа русской банковской системы.

Красная Кнопка стала периодически срабатывать, но уверенности это не добавляло, а даже наоборот: никогда нельзя было знать, верит ли этот конкретный сайт в российскую банковскую систему или нет. Например, opodo.com, крупнейший портал-аккумулятор предложений европейских туроператоров и авиаперевозчиков, не верил. Также как и sncf.fr, сайт французских железных дорог. А парижский сайт velib.fr, продающий билеты на муниципальные велосипеды, - верил, хотя и много раз переспрашивал коды. Международная система платежей PayPal принимала карточку, но часто ошибалась и считывала деньги не в той валюте. Словом, пришлось выйти замуж. И попросить карточку у французского банка. Его, маленького, целиком виртуального, безо всякой репутации и даже без отделения с физическим адресом, почему-то воспринимали всерьез все интернет-ресурсы и зарубежные банкоматы.Читать дальше >>>