Когда курс евро достиг 100 рублей за штуку, а в «Твиттере» появились первые фотографии очередей у банкоматов, я встал с шезлонга, достал из сейфа в номере карточку и направился быстрым шагом на ближайшую бензоколонку с банкоматом. Родина, от которой меня в тот момент отделяли больше суток лету с двумя пересадками, ворвалась в мой беззаботный отпуск самым прозаичным способом — паникой по поводу курса рубля.

По дороге на бензоколонку у меня было достаточно времени, чтобы вспомнить август 1998-го, когда я успел забрать из банка все рубли, честно заработанные заметками в главной бизнес-газете страны, но не смог обменять их на доллары. У меня дома лежала гора сторублевых купюр, которая была потрачена на походы в ночные клубы и прочую ерунду. Магазины закрылись, покупать было нечего.

16 лет спустя история повторилась. Курсы доллара и евро сорвались с цепи Центробанка; вслед за ними граждане сломя голову бросились тратить рубли, скупая бытовую технику и компьютеры. Совершенно справедливо полагая, что дешевле уже точно не будет. Они были правы — открывшийся после короткого перерыва онлайн-магазин «Эппл», например, повысил цены в полтора раза.

Сырье для переработки

Само собой разумеется, что в такие моменты мало кто думает о том, что делать со старой техникой. Когда твоя зарплата тает на глазах, тебе не до экологических идеалов. Что вполне можно понять.

Прошел месяц, паника улеглась. В интернете появились первые объявления о перепродаже бытовой техники, купленной в спешке. В общественном сознании жизнь электронных «помощников» заканчивается в тот момент, когда они исчезают из квартир, уступая место своим новым собратьям. А ведь на самом деле, бытовая техника — источник ценного сырья для переработки.

А еще — источник вдохновения. Например, 34-летний немецкий фотограф Кай Леффельбайн объехал буквально полмира, снимая африканские и азиатские свалки и мастерские по переработке электроники. Фотограф из Ганновера, политолог по образованию, специализируется на крайне необычной теме — нелегальном экспорте старых компьютеров и телевизоров из Европы и Америки в страны Африки и Азии. В 2014 году его фотопроект, посвященный экологическим и социальным последствиям добычи полезных ископаемых для электронной промышленности стал призером ежегодного фотоконкурса «Гринпис».

А до этого он посвятил другой фотопроект нелегальному вывозу электромусора из развитых стран в страны «третьего мира», пытаясь шершавым языком фоторепортажа поднять мало кого волнующую тему: что происходит с бытовой электроникой после того, как она покидает наши квартиры и офисы?

Электронные отходы

С глаз долой — из сердца вон. В запарке избавления от рублей никто не задумывается о том, куда деваются все эти ставшие ненужными телевизоры и компьютеры. А ведь к постоянному обновлению электроники нас подталкивает не только девальвация, но и технический прогресс. Высокие технологии развиваются так стремительно, что техника устаревает чуть ли не в день покупки, подталкивая нас на новые траты.

В результате каждый год в мире производится 50 миллионов тонн электронного мусора. В одних только США на помойки отправляется 30 миллионов компьютеров, в Европе — 100 миллионов мобильных телефонов. (Конечно, как вы догадываетесь, в рейтинге выбрасываемой электроники и в объемах парниковых газов лидеры одни и те же — Китай и США). Причем американцы большую часть своего электромусора не перерабатывают, а грузят на контейнеровозы и отправляют в… Китай.

Почему именно туда? Потому что в провинции Гуандун есть город Гуйю, считающийся мировой столицей электронного мусора. Здесь 150 тысяч человек в две смены работают над тем, чтобы разобрать компьютеры и телевизоры, и извлечь из них как можно больше ценных материалов. Об этом рассказал в свое время американский журнал «Тайм».

Когда людям не до мусора Читать дальше >>>