Мария, что за сертификат терапевта получила ваша собака?

От американской организации «Ти-Ди-Ай», которая занимается лечением и реабилитацией людей с помощью собак, мы получаем методику и тесты. Проходим эти тесты с собаками, записываем их на видео и отправляем обратно. По этим записям американцы и решают, выдавать ли собаке сертификат терапевта. Ляля получила сертификат в марте этого года, вместе с четырьмя другими собаками из Петербурга. 

Как готовят собак-терапевтов?

Сначала десятимесячные курсы, а потом тесты: к собакам подводят человека на костылях, стучат по полу, наступают на лапы, дергают за хвост, роняют рядом тяжелые предметы — в общем, имитируют поведение пациентов. Собака должна сохранять абсолютное спокойствие.

Как ваши собаки стали терапевтами?

У меня две собаки: трехлетний йорк­ширский терьер Ева — надеюсь, она получит сертификат до конца года. И пятилетняя Ляля, которая уже получила сертификат.

Лялю я забрала из приюта. Туда она попала из ветеринарной клиники после ампутации передней лапы. Ее нашли в придорожной канаве в пригороде. Бывшие хозяева выкинули ее на улицу, как только выяснилось, что вместо щенка добермана им на рынке подсунули дворнягу. Ляля пленила меня своим жизнелюбием. Она рада всем и всему, в любую погоду и время суток. Потом мне попалась статья про лечение и реабилитацию людей с помощью собак. Я решила, что Ляля может дарить свою радость, и обратилась в Ассоциацию поддержки и развития канистерапии.

Кого лечат ваши собаки?

Мы работаем в дневном стационаре для детей с диагнозами аутизм и ДЦП. Когда мы приезжаем, дети оживляются: «Собачки приехали!» Им хочется потрогать собак, покормить их. Но есть правило: прежде чем собачку покормить, ее надо погладить. Это очень большой стимул для ребенка, который, например, плохо разгибает пальцы рук. Хочешь поводить собачку на поводке? Пожалуйста! Но для этого нужно правильно ставить ножки, чтобы на собачку не упасть, не сделать ей больно. Другой важный момент: и врачи, и родители жалеют этих детей. А для собак все дети равны, они всем радуются одинаково.

Для аутистов очень важно наладить социальные связи. Они взаимодействуют с хозяином собаки, потом с собакой — гладят ее, обнимают, просто лежат рядом. А если собаку хочется причесать? Тут детям-аути­стам надо договариваться между собой: один должен держать собаку, другой — причесывать. Вот и приходится общаться друг с другом.

А собакам нравятся эти занятия?

Да, но для них это очень тяжелая работа. В стационар я приезжаю с двумя жизнерадостными собаками, а через два часа заношу в машину обессиленных животных. Они отдают детям свою энергию, а часть детского морального напряжения забирают себе. И прекрасно это понимают. Но снова ждут каждой новой встречи: в назначенный час с радостью бегут к машине, не могут дождаться, когда детей рассадят в зале. Они чувствуют, что нужны. Для собаки очень важно служить.

Почему в России так много агрессивных собак?

Я не понимаю, что такое агрессивная собака. Я таких не видела. Зато вижу много агрессивных людей и много невоспитанных собак, которые лают на прохожих, пугают их. У нас любой может купить служебную собаку, а дрессирует он ее или нет, никого не волнует. Это неправильно. До 1990-х годов просто так завести служебную собаку было нельзя. Будущий хозяин должен был окончить курсы служебного собаководства — и только после этого мог купить породистого щенка. Похожая система действует в Европе. Хозяев невоспитанных собак очень строго наказывают. А наши собаководы не чувствуют никакой ответственности.

Нужно ли бояться собак?

Я людей больше боюсь. Человек может улыбаться, а за спиной держать нож. Собака так не умеет, у нее все намерения написаны на морде: облает она вас сейчас, оближет или укусит. Бояться нужно безответственных собаководов. geo_icon