Сто лет назад в Европе о демократии помышляли разве что политические философы да опасные радикалы. Самым очевидным способом организации человечества казались империи. Все рухнуло в одночасье: монархи, абсолютные и конституционные, разом утратили харизму и легитимность. Первая мировая война вывела на сцену истории прежде безгласные и бесправные массы, еще до этого сорванные с корней великой индустриальной революцией XIX века. В демократии им виделся путь к установлению равенства и справедливости.

На протяжении минувшего века Европа породила множество противоречивых идей о народовластии и соответственно настоящие идеологические битвы. Профессор Принстонского университета Ян-Вернер Мюллер пишет о причудливых и неожиданных поворотах в судьбах Ленина и Троцкого, Грамши и Маркузе, Муссолини и Салазара, создателя «шведского социализма» Брантинга, христианских демократов послевоенной Европы. Парадокс, заключает Мюллер, в том, что ни одна из утвердившихся демократических моделей не отвергает идеального представления об этой форме правления начала XX века. Возможно, дело в том, что демократия есть «неопределенность, возведенная в институт». geo_icon