Офицер английской контрразведки и бывший зять адвоката-мафиози Норман Льюис находит на Сицилии «Америку древнего мира», где феодалы до сих пор не превратились в фермеров, а крестьяне – в средний класс. 

Итальянское слово «мафия» возводят к слову «убежище» на арабском. Предшественники сегодняшних «крестных отцов» – арабы-земледельцы, которые в XI веке не захотели становиться крепостными после завоевания Сицилии норманнами. Поэтому «хронический бандитизм» на острове – не результат расшатавшихся нравов или праздного стремления некоторых лиц к роскоши.  Исторически мафия взваливала на себя работу если не Робин Гуда, то, по крайней мере, местной администрации – по-своему защищала бедняков и «улаживала» земельные конфликты. 

Сицилийское общество предпочитает простые формы сложным. Остров по сей день остается единственным средиземноморским уголком Европы, где мафия сохранила формы соседской и даже родовой общины.

«Люди чести», по мнению автора, обладают архаичным сознанием, произносят клятвы мести «в присутствии трупа» и устраивают кровавую вендетту из-за обладания небольшой рощей. Не случайно Льюис называет остров «политическим гермафродитом» – не монархией и не республикой. Территорией, «страдающей от подчиненного положения первой и не ведающей свободы второй». Сицилия – это даже не Италия. Не зря ведь сами сицилийцы признавали себя антифашистами и «антиитальянцами» во времена Муссолини.

Решая, как на самом деле должен выглядеть главарь мафии, Льюис, кажется, доверился не личному наблюдению, а режиссеру «Крестного отца». Поэтому в тех эпизодах повествования, свидетелем которых Льюис быть не мог, его герой – дон Кало – карикатурно немногословен, ходит «вразвалку» с вялой миной на лице и неряшливо одевается.

Льюис описывает события времен Второй мировой и послевоенные годы, а это значит, что героев его книги скорее всего уже нет в живых. С «достопочтенным обществом» на Сицилии боролись Муссолини, союзнические войска, получившие от сицилийцев обидное прозвище «овцы», и итальянская полиция. Что же из этого вышло? Автор приходит к выводу, что излечиться от мафии, как от врожденного недуга, не получится, а значит, «Cosa Nostra» останется частью государственного устройства. geo_icon