Игра в шахматы

Раз — пенек, два — пенек. А за ними — третий и четвертый. Глинистая жижа на земле засасывает колеса тарахтящих грузовиков. Не слышно пения птиц: их здесь больше нет. Геологоразведочные работы после себя оставляют декорации для съемок фильмов наподобие «Марсианских хроник». Если точнее — то они не оставляют ничего, полностью разрушая экосистему. И вешают на природу клеймо «восстановлению не подлежит». Так к главной беде экологов Архангельской области — рубкам старовозрастных лесов — добавилась еще одна, как только в регионе были обнаружены месторождения алмазов, гипса и бокситов.

«Так этот участок выглядел пару лет назад, — независимый эколог и эксперт Всемирного фонда дикой природы (WWF) Артем Столповский показывает фотографию с изумрудными пышными деревьями. — Раньше при виде классических лесосек (участков леса, предназначенных для рубки, — прим. ред.) я впадал в глубокую депрессию — сейчас к ним привык, но карьеры ужасают до сих пор».

Из своих резиновых сапог и полевой одежды он почти не вылезает с тех пор, как переехал в Архангельск из Москвы. За спиной 35-летнего уроженца Сыктывкара — географический факультет Московского университета. Вспоминая про аспирантуру, он смеется и говорит, что ушел по-английски — не хотел становиться «кабинетным географом».

Артем уже много лет борется за сохранение малонарушенной тайги в Архангельской области. Общая площадь лесного фонда региона — 30 миллионов гектар. Девять из них — ненарушенный лес, половину которого хотят сохранить экологи, создав заказники. Особенность такого леса — деревья разного возраста, которые никогда не подвергались рубке. Поколения деревьев непрерывно сменяют друг друга, и уникальная экосистема живет в постоянном круговороте. Ее ценность заключается в мозаичности: болота, реки и ручьи создают среду обитания, благоприятную для жизни редчайших видов животных и растений. Но как только приходит лесопромышленная компания, массивы тайги уничтожаются, а на их полное восстановление уйдут сотни лет.

Если посмотреть на леса Архангельской области с вертолета, то кажется, будто здесь планируется турнир по шахматам. По российскому законодательству, компании имеют право рубить 50 гектаров леса. Но примыкать друг к другу сторонами делянки не должны, а только углами в течение нескольких лет — это так называемые «сроки примыкания» лесосек шахматного порядка. На огромных территориях вырубленные хвойные леса со временем замещаются молодыми лиственными — важную роль в экосистеме они не играют и почти не имеют никакого хозяйственного значения.

Как только допустимый участок леса вырублен, про него тут же забывают и перебрасывают технику на новый: потребительское отношение к лесу превращает его в «месторождение бревен».

Еще пару лет назад лесопромышленники принимали защитников природы то ли за сумасшедших, то ли за работников Госдепартамента США, которые якобы пришли уничтожить лесное хозяйство России, рассказывают экологи. Лесорубы недоумевали, почему надо отказываться от прибыльного сырья там, где по законодательству рубить под корень разрешено. Но «зеленые» нашли рычаг воздействия.

Чувствительные европейцы

Основной потребитель Архангельского леса — западный рынок, который в XXI веке стал особенно экологически-чувствительным. Покупая изделия из древесины, европейцы все чаще задумываются о том, насколько они помогают сохранить природу или, наоборот, способствуют ее разрушению при выборе производителя. Лесопромышленные компании — для того, чтобы подтвердить, что они относятся к вырубке с умом, — должны пройти независимую лесную сертификацию Лесного попечительного совета (Forest Stewardship Council, FSC).

Международная некоммерческая организация FSC поддерживает экологически ответственное управление лесами. С российским законодательством сертификат никак не связан и носит добровольный характер. Но на его отсутствие у компании потребители из Европы реагируют. Как только лесопромышленники, прежде не желающие идти на диалог с «зелеными», начинали терять своего покупателя, экологов они находили сами: пройти сертификацию без выполнения требований по сохранению старовозрастных лесов не получалось.Читать дальше >>>